August 23rd, 2016

KRK

Чтобы согласовать Шлосберга в АП, пришлось заменить Иванова на Вайно

Оригинал взят у lappeenrannan в Чтобы согласовать Шлосберга в АП, пришлось заменить Иванова на Вайно
Оригинал взят у novayagazeta в Лев Шлосберг: «Вы думаете, меня можно согласовать в администрации президента?»
Кандидат в депутаты Госдумы от «Яблока» Лев Шлосберг — о портрете своего избирателя, о том, как залечить разломы в общественном сознании, и почему стоит требовать невозможного.


— Это московская, наверное, иллюзия, что вот у нас в столице есть общественная дискуссия: Патриаршие с Бирюлевом спорят, в фейсбуке обсуждают акцию «Я не боюсь сказать», Навальный со своими расследованиями… А в Пскове есть дискуссия о том, какой жизнь должна быть?

— Круглосуточная. Вообще, вся страна обсуждает, как быть и что делать — просто этого не слышно в Москве. У нас люди обсуждают, почему мы самые бедные: мы виноваты или власть виновата, Запад виноват? Псковская область — официально самый бедный регион в северо-западной России. Самый низкий уровень зарплат, семейного дохода, бюджетных расходов в пересчете на человека, очень высокая смертность и очень высокая миграция. Вообще, это главный бич российских регионов — отток умных, дееспособных людей. Мы сейчас в ходе избирательной кампании будем обращаться ко всем псковским, которые в Москве и в Питере: ребята, 18 сентября вы должны быть в Пскове. Вас столько, что если вы вернетесь, с нами просто ничего не смогут сделать.


Фото: Евгений Фельдман / «Новая газета»


Collapse )


KRK

Криптография и свобода. 4 факультет. Глава 1. You are welcome

Оригинал взят у kolkankulma в Криптография и свобода. 4 факультет. Глава 1. You are welcome
Оригинал взят у mikhailmasl в Криптография и свобода. 4 факультет. Глава 1. You are welcome

Глава 1  

 

You are welcome

 

Этот простой плакатик (именно на английском языке) висел над входом в актовый зал, где состоялось мое первое знакомство с 4 факультетом ВКШ. И все, ничего более! Никак не ожидал: все же военное заведение. Где доска  почета с отличниками боевой и политической подготовки, где плакаты с разными солдатами-буратино, с автоматами в руках  защищающими от супостатов завоевания Октября, где призывы вождей учиться до посинения и экономить на экономике? Старое здание дореволюционной постройки по Большому Кисельному переулку, уютный  дворик, тишина и патриархальность. И это в то время, когда парадность и показуха так и лезли изо всех щелей, а количество и дуракоемкость различных лозунгов и наглядной агитации была сопоставима разве что с современной рекламой. Со стен ПТУ на вас глядели типичные  строители и строительницы коммунизма и хрипло зазывали: «Приходите к нам учиться!» И корова и волчица – хотелось добавить им в ответ. Лозунг всеобщего среднего образования означал на практике, что учителя вынуждены были выдавать аттестаты любым двоечникам и лодырям, чтобы не портить показатели райкому КПСС.  Потом пошла борьба за образцовый город, в котором должны быть образцовые институты, в них образцовые факультеты и кафедры. Борьба теми же способами, что и за всеобщее среднее образование. Одним словом – развитой социализм!

А ведь еще Ленин говорил: «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя». Не мог Технический факультет совсем оставаться в стороне от реальной действительности и исключить из повседневной жизни наглядную агитацию, политинформации,  субботники, общественно-политические аттестации и прочую  подобную чушь, составлявшую основы коммунистического мировоззрения. Но на  факультете, встречая абитуриентов, всеми способами сразу же давали понять: не это здесь главное.

Уютный купеческий дворик, без всяких вывесок и рекламы, в самом центре Москвы,  тихий, спокойный, располагающий к размышлениям, творчеству и фантазии – таким запомнился мне Большой Кисельный переулок, дом 11, изначальное место обитания советской криптографической альма-матер. А какие же были там в то время порядки?

Пять лет учиться на математика-криптографа посылали три ведомства: КГБ, Министерство обороны и Министерство радиоэлектронной промышленности (МРП). Каждое из этих ведомств само отбирало себе кандидатов на учебу и после окончания они должны были прийти туда на работу. Но с ребятами, отобранными МРП, поступали жутко несправедливо: пять лет нужно было ходить в военной форме, подчиняться всем военным порядкам, а после окончания им присваивалось звание офицеров запаса и они шли на работу в гражданское ведомство, не получая никаких льгот, положенных военнослужащим. Правда, их набирали только из Москвы и всегда после окончания оставляли в Москве, а  вот выпускников от Министерства обороны  ждала экзекуция в виде распределения. «Спасибо царю-батюшке, что Аляску продал» - основная их присказка за все пять лет учебы. Хабаровск, Чита, Алма-Ата, Рига, Минск, Калининград – мой адрес не дом и не улица, мой адрес Советский Союз, везде есть части радиоперехвата и дешифровальные службы при них.  И набирали их со всего Советского Союза, сначала приглашая наиболее талантливых в специализированную физ-мат школу-интернат при МГУ, а затем – на 4 факультет. Выбор места распределения, как и полагается, - в зависимости от оценок в аттестате, но были и исключения, особо вольных москвичей могли и с красным дипломом заслать в Хабаровск. Тут уж вовсю торжествовали начальники, припоминая непокорным все грехи. Правда, такие ребята все равно через некоторое время пробивались в Москву, в аспирантуру, а начальники как были, так и оставались все теми же.

Но больше всего посылало на учебу 8 и 16 управления КГБ, шифровальная и дешифровальная служба, советский аналог американского АНБ. Довольно эффективный в то время аналог, о чем можно прочитать у Дэвида Кана. Посольства и дипломатическая переписка, правительственная и военная связь – все в ведении КГБ, нужны специалисты-криптографы, способные как разрабатывать свои, оригинальные шифры, так и взламывать чужие. Приехала как-то в Москву торговая делегация одной известной иностранной фирмы договариваться о строительстве в СССР крупного завода, узнала условия советской стороны и стала по шифрованной связи обращаться за инструкциями: до какого минимального предела можно торговаться? Получает опять же шифровками ответы. Советская сторона не спешит, гостеприимство проявляет: не хотите ли по Золотому Кольцу России проехаться, попить-погулять, достопримечательности и девушек русских посмотреть? Ну кто ж против такого соблазна устоит, переговоры серьезные, трудные, надо бы прерваться на недельку. А в 16 управлении в это время аврал, мозговая атака, штурм вражеской крепости. Зато потом наступил праздник греческой буквы дельта, которой в математике принято обозначать разность между двумя значениями: предполагаемым и минимальным.

Вот такую историю любили нам рассказывать на лекциях по основам криптографии. Подозреваю, что продукция построенного завода до сих пор колесит по всей России.

Но вернемся на Большой Кисельный. Вступительные экзамены на 4 факультет. Тут надо немного вспомнить существовавшую в те времена (середина 70-х годов) систему вступительных экзаменов в ВУЗы, поскольку стремление поступить в институт и избежать армии было тогда (да и сейчас тоже) практически поголовным. Почти во все московские ВУЗы вступительные экзамены начинались одновременно с 1 августа, поэтому желающие поступить должны были заранее выбрать себе институт и сделать на него всю ставку. Но в этом правиле были три явных исключения: МГУ, Физтех и МИФИ. Экзамены в эти институты считались более сложными, поэтому проводились они не с первого августа, как во всех остальных институтах, а в июле. Если не удалось поступить в один из этих трех институтов, то оставалась еще возможность попытать свои силы в августе. Причем даже в этой тройке были различия: первый и наиболее сложный экзамен – письменная математика – проводился, например, на факультете вычислительной математики и кибернетики МГУ буквально в первых числах июля, а первый вступительный экзамен в МИФИ – чуть попозже, 5-6 июля. Поэтому у абитуриента были реальные возможности попробовать свои силы в нескольких местах: сначала – в МГУ, затем, если не получилось на первом же и наиболее сложном письменном экзамене по математике, попробовать свои силы в МИФИ. Если и там неудача, то всегда в запасе был август, основная волна вступительных экзаменов.

Но было еще одно, четвертое исключение из этого правила – 4 факультет ВКШ КГБ. Вступительные экзамены туда начинались примерно в то же время, что и в МГУ – в самых первых числах июля, поэтому после неудачи на первой письменной математике оставалась еще возможность поступать в МИФИ. Так что для меня это был еще один, и весьма весомый аргумент за то, чтобы попробовать свои силы на 4 факультете.

Вступительные экзамены: математика (письменная и устная), физика и сочинение, самый трудный – первый, письменная математика, на ней сразу же отсеиваются около 60% абитуриентов. Надо сказать, что поскольку все абитуриенты на 4 факультет отбираются ведомствами, то они же и определяют конкурс при поступлении: примерно 3 человека на место. Сделать больше трудно для кадровиков: с каждым кандидатом много предварительной работы, тщательно проверяются все родственники, связи, привычки, характеристики. Как и в тридцатых годах, для поступления в ВКШ КГБ нужна рекомендация райкома ВЛКСМ. Не знаю, как там давали рекомендации в тридцатых годах, только в середине 70-х это, с первого взгляда отдающее почти революционной романтикой мероприятие, превратилось в будничную чиновничью процедуру. Никаких пламенных страстей, ничего существенного и интересного от всех этих процедур в моей памяти не осталось. Единственное – возможность несколько раз прогулять школьные уроки на таком изощренном и нетривиальном основании: оформляюсь в Высшую Школу КГБ!

                А вот и первая радостная новость: казармы нет совсем! Еще за год до нас казарма была там же, в этом купеческом здании, но факультет расширился, добавилось отделение радистов, и все помещения казармы отдали им. Особых энтузиастов искать под казарму новое помещение видно не нашлось, поэтому москвичи теперь с первого же курса живут по домам, а все иногородние – в общежитии. По крайней мере, так официально объяснялось отсутствие в военном учебном заведении этого святого атрибута: на нет и суда нет.

От самих вступительных экзаменов на 4 факультет у меня сейчас осталось не очень много воспоминаний. Больше, пожалуй, о периоде подготовки к ним, о попытках объять необъятное и прорешать все задачи из всех учебников для поступающих в ВУЗы. Поэтому к самим экзаменам наступило состояние, близкое к безразличию, - скорее бы закончился этот кошмар. Да, пожалуй, еще припоминались страшилки про вступительные экзамены в МГУ, где время, отведенное для первого письменного экзамена по математике, измеряли чуть ли не с секундомером в руках, а при раздаче листов с вариантами экзаменационных задач от всех абитуриентов требовали держать руки за спиной. Но ничего подобного на первом письменном экзамене в ВКШ не было, обстановка была очень спокойная и даже где-то по домашнему уютная. Система простая: пять задач, сколько решил, столько и получаешь. Задачи попались не очень сложные, пришлось повозиться только с последней, пятой, из стереометрии. Ответ получился жутко уродливым и больше чем наполовину я был уверен, что где-то ошибся при рассуждениях или расчетах. Да и потом все время перед экзаменом меня преследовало раздвоение личности: основная, авантюрная часть, все время подзуживала: «Ну что, слабо?», а оставшаяся где-то в глубине, рассудочная, все время твердила: «Зачем тебе сдались эти военные порядки и сапоги? Иди в МИФИ, как все нормальные люди!». И вот когда я узнал, что на первом экзамене по математике успешно решил все пять задач и теперь перспектива нацепить на себя через месяц военную форму стала не какой-то эфемерной, а самой что ни на есть реальной, авантюрная часть, радуясь достигнутому успеху, опять вылезла вперед все с тем же вопросом и опять задавила во мне все хилые голоса разума. Но сейчас, спустя 30 лет после этой вступительной эпопеи, я опять по-прежнему согласен со своей авантюрной частью.

Еще одно воспоминание о вступительных экзаменах – это мандатная комиссия. Экзамены закончились, июль, жара, хочется отдохнуть последние денечки перед отправкой в военные лагеря, а тут надо терять целый день на какую-то мандатную комиссию, о которой я тогда не имел ни малейшего представления. А между тем это был важнейший ритуал для начальников, на который собиралась целая куча генералов во главе с начальником всей ВКШ КГБ. На мандатной комиссии начальники должны были живьем посмотреть каждого человека из нового пополнения, который, в свою очередь, должен был продемонстрировать свою подтянутость, дисциплину и стремление стать хорошим военным. Абитуриенты шли на мандатную комиссию в порядке набранных на вступительных экзаменах баллов, поэтому первые представшие перед комиссией люди должны были олицетворять собой потенциально лучшую часть будущего курса.

Я шел на мандатную комиссию в числе первых, поскольку мое общее количество баллов было почти максимальным – 24 из 25 возможных (к оценкам на экзаменах тогда еще приплюсовывался средний балл аттестата зрелости), поэтому когда методист факультета, готовившая нас к выходу на мандатную комиссию, увидела мою летнюю маечку-размахаечку безо всяких намеков на официальные пиджак и галстук, даже ее доброе сердце не выдержало такого надругательства над уважением к строгой комиссии. С идущего вскоре за мной Лехи М. был срочно снят пиджак, на пару размеров больший, чем того требовала моя отощавшая за время экзаменов фигура, и спешно водружен на меня с целью хоть как-то прикрыть непотребную для генеральского взора летнюю маечку. Про прическу говорить не приходится, поскольку, осознавая потенциальную угрозу поступления в военное учебное заведение, я последние полгода старался всячески насладиться всеми прелестями вольной жизни и, в частности, возможностью отрастить себе волосы подлиннее. Вот в таком импозантном виде началась моя военная служба.

 

-          Решением мандатной комиссии Вы зачисляетесь на 1 курс 4 факультета Высшей Краснознаменной Школы КГБ им. Ф.Э.Дзержинского. Поздравляем Вас!

 

Начальником Высшей Школы КГБ в 1974 году был сравнительно молодой и подтянутый генерал-лейтенант. Окинув меня своим генеральским взором, он добавил

 

-          А причесочку-то придется укоротить.

 

На выходе я побыстрее скинул пиджак и вернул его ожидавшему своей очереди Лехе М.

 

-          Ну как?

-          Все нормально!

-          В правый карман пиджака положи 15 копеек.

 

Впоследствии из нашего курса Леха стал, пожалуй, одним из самых крутых бизнесменов.

*****

Итак, солдатские сапоги стали для меня, человека сугубо гражданского и не имевшего ни малейшей тяги к военной службе, самой что ни на есть настоящей реальностью. Но сразу честно признаюсь, что учеба на 4 факультете ВКШ КГБ все-таки сильно отличалась от обычной и овеянной разными страшилками службы в Советской Армии. Да и от обычного военного учебного заведения, даже от других факультетов ВКШ КГБ, Технический факультет отличался в первую очередь своим составом, своей спецификой, своими традициями. Но первые лагеря недалеко от Балашихи, под Москвой, на весь август месяц, почти сразу же после вступительных экзаменов, были пока еще довольно непривычными. Там уже все было по полной программе: казарма, строевая подготовка, солдатская столовая и распугивание грибников в окрестном лесу своими воинственными игрищами.

 

Первые военные впечатления. Толпа молодых и неуклюжих парней в новой и еще пахнущей вещевым складом повседневной военной форме высаживается из автобуса на пятачке перед главным корпусом балашихинских лагерей. Откуда-то появляется командир с какими-то другими погонами (старшина) и начинает командовать. Создается некоторое подобие толпы-строя, которая начинает свое шествие к бараку-казарме по асфальтовой дорожке. На пути – огромная лужа, которую все начинают обходить, но тут раздается командирский рык:

 

-          Идти прямо! Что, лужи испугались?

 

Так, видимо, надо начинать готовить настоящих офицеров. Но это был один из немногих подобных эпизодов. Каждой из трех учебных групп математиков в этой самой первой Балашихе были назначены командиры из числа слушателей, поступивших на другие, истинно чекистские факультеты ВКШ КГБ, которые уже имели опыт службы в армии. Наш командир группы, к примеру, служил в Кремлевском полку и у нас с ним установились вполне нормальные человеческие отношения. И если бы не дикий рев дневального каждое утро ни свет ни заря

 

-          Подразделение, подъем!

 

то самое первое месячное пребывание в Балашихе можно было бы назвать вполне сносным.

В конце первого и второго курса – опять туда же, только уже на пару недель, про это мы еще вспомним в этой книге. Но если сразу после поступления народ был  еще немного напуган непривычной военной обстановкой и иногда даже пытался читать Устав гарнизонной и караульной службы и искать высокий смысл в классической уставной фразе: «Заслышав лай караульной собаки, часовой должен дать знать об этом начальнику караула установленным сигналом», то второе, а в особенности третье нашествие в Балашиху все  больше походили на веселый пикник на природе, из которого можно натаскать для летних каникул холостых патронов, взрывпакетов и прочих бесплатных фейерверков. А что может быть лучше взрывпакета, плывущего в банке из-под тушенки по щучьему месту тихой лесной речки?

А говоря в целом о 4 факультете - заведение военное, со всеми военными атрибутами: хождением в военной форме, ежедневным утренним построением, на котором начальник курса придирчиво проверяет твой внешний вид, военной дисциплиной или, по крайней мере, ее видимостью. Кстати, а кто такой начальник курса? Это – отец-командир, организатор и вдохновитель всех наших побед, духовный наставник неопытной молодежи. Все слушатели (не курсанты, а именно слушатели, так официально называли нас в то время, хотя погоны были с буквой «К») 4 факультета разбиты на курсы, и у нескольких курсов - начальник. В то время было всего два начальника курса: один – для 1, 3 и 5 курсов, другой – для 2 и 4. Начальник курса – лицо, ответственное за своих подопечных: если кто-то попался, то виноват в этом в первую очередь начальник курса – недовоспитал своего попавшегося подопечного. А вообще-то по большому счету делать на работе начальнику курса (и еще его заместителю) было нечего. Слушатели первую половину дня – все на занятиях, их в это время не повоспитываешь. А вторая половина – чаще всего или разбегаются по домам (казармы-то нет!) или сидят занимаются в спецбоксах, в которые посторонним вход воспрещен. Так что видел и воспитывал своих ненаглядных чад начальник курса как-то урывками, на утреннем построении, да в перерывах между лекциями. А все остальное свое рабочее время он и его заместитель, наверное, копили силы для такого точечного воспитания, чтобы потом одним-двумя меткими ударами враз победить присущие любому молодому организму антивоенные пороки. Как это удавалось нашему начальнику курса – об этом особая глава в этой книге.

Первые два года на 4 факультете было некоторое подобие военной подготовки, впрочем, ненамного отличающееся от обычного гражданского вуза. Поначалу немного непривычно для человека, не испытывающего особой  любви к военной форме, но потом выясняется, что таких как ты здесь подавляющее большинство и дальнейшая жизнь кажется даже интереснее, чем в обычном вузе.     

Вот такое общее представление о 4 факультете и его обитателях. Пора к делу, к конкретике, детальному повествованию, написанному местным аборигеном на чужбине спустя почти 25 лет после его окончания. Веселая, светлая пора в моей жизни, масса впечатлений и друзей остались после нее!

  


Collapse )


KRK

Николай Гумилёв

Оригинал взят у ruoholahti в Николай Гумилёв
Оригинал взят у memo_projects в Новости Самиздата : авторы : Николай Гумилёв
Оригинал взят у leninka_ru в Николай Гумилёв: прижизненные сборники стихов «в цифре»
В честь сегодняшнего дня рождения Николая Гумилёва у нас подготовили единственную в Москве выставку, посвящённую 130-летию поэта. На ней показаны уникальные документы, подобранные из разных фондов (отдельного фонда Гумилёва, как и фонда Мандельштама, в нашем архиве нет). Например, в витринах вы увидите переписку Гумилёва и Ларисы Рейснер (pdf). Выставка открыта до 18 апреля включительно (ещё 3 дня, в воскресенье не работает), с 9:0 до 20:00, находится в Доме Пашкова, в Румянцевском чи­таль­ном зале отдела ру­ко­пи­сей, вход по читательскому билету, бесплатно.

А пока вы на выставку собираетесь, посмотрите поэтические сборники Гумилёва и литературу о нём. Ссылки на книги 1905–1923 гг. перенесены напрямую из Википедии, куда их вставили в своё время сотрудники РГБ. Многие из оцифровок — экземпляры РНБ в электронной библиотеке РГБ, две национальные библиотеки обменялись электронными фондами в рамках проекта «Русская классика».

Collapse )


KRK

Шведские викинги - часть 2 из 37 комментариев

Оригинал взят у ros_lagen в Шведские викинги - часть 2 из 37 комментариев
В продолжение http://ros-lagen.livejournal.com/985368.html , http://ros-lagen.livejournal.com/985760.html , http://ros-lagen.livejournal.com/986016.html , http://ros-lagen.livejournal.com/986296.html , http://ros-lagen.livejournal.com/986539.html и http://ros-lagen.livejournal.com/986838.html - с http://pereformat.ru/2012/04/roslagen (Лидия Грот отвечает на вопросы к её статье):

Ovod говорит:
06.05.2012 в 21:43
Со вторым Вашим заключением не могу согласиться. Во-первых, нам нужно предположить, что в византийской императорской канцелярии не смогли разглядеть неких проходимцев, которые были допущены к императору, хотя мы знаем о строгости византийского этикета – вспомните поездку Ольги в Царьград. Уже само это предположение выглядит нелепо, согласитесь. К тому же добраться домой можно было и через Атлантику торговыми путями, а не дожидаться месяцами аудиенции у византийского императора. Т.о. такая трактовка неправомерна по отношению к данному источнику.

Во-вторых. По большому счёту это не существенно, поскольку придется объяснить, откуда у шведских проходимцем столь подробные сведения о каганате Русь – ведь Google тогда еще не работал. Т.е. они таки бывали в Восточной Европе, о чем собственно и речь.

В-третьих, одна монета Феофила была найдена в Швеции, а вторая, если не ошибаюсь, в Гнездово, причем обе в виде медальйонов-амулетов. Т.е. с Русью все-таки они как-то связаны.

Ну и, наконец, отсутствие сведений об их дальнейшей судьбе как раз и указывает на то, что они оказались теми за кого себя выдавали, иначе источник не преминул бы зафиксировать факт изобличения шпионов.

V.M. говорит:
10.05.2012 в 11:41
К сожалению, Вы начинаете с того, что «нам нужно предположить». Однако нам не нужно ничего предполагать, домысливать и требовать от краткого сообщения источника больше, чем оно может дать. Именно в этом вижу причину, по которой складывается нагромождение всевозможных трактовок, которые, в конце концов, скрывают реальное свидетельство и мешают объективному исследованию. Очевидно, что это порочная практика. Поэтому я предлагаю не очередную «трактовку», а только то, что прямо следует из источника. О том, что одни выдавали себя за других, мы читаем дословно (!) по тексту: «себя… свой народ называли Рос», но «император узнал, что они из народа свеонов, как считается, скорее разведчики»… О монетах и т.д. Вам уже, кажется, ответила Лидия Грот.

Нефёдов Евгений говорит:
12.05.2012 в 01:25
Да, действительно, Ваши соображения о работе византийской канцелярии – есть не больше, чем работа воображения. Византийцы с равным успехом могли как отличать русь от свеонов, так и не отличать. Склоняться здесь к одному из этих вариантов под предлогом какой-то «обязательности» этого вывода – от лукавого. Строгость византийского этикета здесь не причем! Скорее, речь идёт об осведомлённости и наличии навыков отличать одних варваров от других. Византийцы вполне могли не иметь всеобъемлющих знаний по этим конкретным племенам. К тому же, если это были шпионы, которые собирались выполнить какие-то серьёзные задачи – они могли (и должны были) позаботиться о том, чтобы их не разоблачили. Подготовиться. Так что эти выводы, которые Вы пытаетесь обозначить как само собой разумеющиеся – на самом деле более чем спорны.

Я абсолютно согласен с В.М. в том, что при оценке этого источника вполне достаточно смотреть на содержимое самого текста и на то, что прямо вытекает из сообщения, чем пытаться связывать в единое эти сведения с воображаемыми, во многом, обстоятельствами, якобы сопутствующими описываемому событию. Сопутствующими только по чьей-то логике.

Наличие осведомлённости свеонов о Каганате Русь может иметь куда более простые объяснения, чем личное посещение ими данных земель. Тут и комментировать что-то, на мой взгляд, излишне. Тем более, две монеты Феофила – по одной найденной в Швеции и на Днепре – связывать именно с этим событием, посещением данными послами Византии и Священной Римской Империи – довольно таки самонадеянно. Разве это не могли быть какие-то другие обстоятельства, приведшие к проникновению данных монет туда, где они были обнаружены?
Collapse )
KRK

Ошеломляющая находка в Усть-Луге

Оригинал взят у minaev_hutor в Ошеломляющая находка в Усть-Луге
Оригинал взят у karhu53 в ФСБ: ошеломляющая находка
В ходе плановой проверки грузов на территории крупного контейнерного терминала в торговом порту Уста-Луга сотрудники ФСБ обнаружили удивительную находку.



Ее возраст более 100 лет, а стоимость может достигать примерно 2 миллиона евро.

Collapse )