Kolmen Ristin Kirkko (tienhaara) wrote,
Kolmen Ristin Kirkko
tienhaara

В контролируемом Россией Крыму все чего-нибудь да боятся

Оригинал взят у karhula в В контролируемом Россией Крыму все чего-нибудь да боятся
Татары помнят печальные судьбы своего народа, а на памяти русской женщины – ужасы, пережитые в Западной Украине.

Покрытая сплошными ухабами сельская дорога ведет автомобиль к деревне Тенистое, что под Севастополем. Курицы уворачиваются из под колес. Единственный в деревне многотажный дом пустует уже несколько десятилетий, глядя на проезжающих разбитыми глазницами окон.

Около пятой части всех жителей этой деревни составляют крымские татары – народ, настрадавшийся во времена Советского Союза, когда они все, вплоть до последней женщины, ребенка и грудного младенца были интернированы в 1944 году в Среднюю Азию. Половина погибла в дороге или в течение первого года жизни на новом месте.

“Идет полный захват Украины”, - с горечью говорит татарин Шевкет Касимов и глубоко затягивается табачным дымом во дворе своего дома. Жилье восстанавливалось семьей в течение последних 25 лет после возвращения на родные места.

“У России нет никакого права нападать”, - ругается Касимов. –“Все наше существование, вся наша жизнь построены для жизни в Украине”.

Сегодня татары боятся самого неизбежного: Россия взяла Крым под свой контроль у Украины и в воздухе повисла угроза войны.

“За триста лет от русских мы не видели ничего хорошего”, - говорит хозяин – тоже татарин – ближнего сельпо Нури Селимов. Прежде всего, он опасается начала беспорядков и прихода мародеров, добычей которых станет его магазин.

“В местном сельсовете нас пытались успокоить, мол, всем жителям деревни, несмотря на их национальность, следует соблюдать спокойствие”.

Исключение составляют Касимов, Селимов и их знакомые. Большая часть татар не решается общаться со журналистами, особенно, если поблизости есть русские – могут услышать.





Шевкет Касимов, его жена Зера и сын Тимон уверены в том, что приход российских властей не сулит крымским татарам ничего хорошего.


Всеобщий страх, словно эпидемия, расползается по Крыму. Ежедневно падает курс национальной украинской валюты – гривны. Люди охотнее закупаются продуктами питания впрок вместо того, чтобы держать деньги в кармане.

Местами страх приобретает трагикомические черты.

“Мы защищаемся от западенских фашистов”, - говорит великорослый Богдан из соседней деревни Орла.

На Богдане одет пуленепробиваемый жилет и пистолет на поясе. Он отказывается называть свою фамилию: “Тут не знаешь, кто и победит, то есть мы, конечно, победим, но все же”

Богдан руководит группой активных местных жителей, занимающихся тем, что перегораживают дорогу мешками с песком и останавливают проезжающие мимо автомобили. Богдан говорит: “Да чтобы никто не провез здесь той же взрывчатки”.

Однако татары из Тенистого начала бояться блок-поста, через который им приходится ездить в Севастополь.

В паре десятков километров проживающая в Севастополе Светлана Сергиенко боится все тех же самых фашистов, но в этом она основывается на собственном печальном опыте.

“После второй мировой войны нас поселили в Западной Украине. Мы же были русскими, так с нами обращались настолько плохо, что моя мама подумывала о самоубийстве”, - говорит Сергиенко.

Сергиенко уже ходила постоять в очереди к севастопольскому Дому Москвы. Там на окне были наклеены объявления об облегчении процедуры выдачи российского паспорта.

Страх нагнетается жуткими историями, распространяемыми пропагандистской машиной.

“Группа крымских казаков на семи автобусах направлялась в Киев для оказания поддержки правительству. Они были остановлены за городом и обстреляны. Бросившихся в бегство через поле расстреливали из снайперской винтовки точно кроликов”, - рассказывает с серьезным лицом предводитель группы севастопольских казаков, атаман Федор Чернов.

“На Западе говорят о всенародном подъеме в Киеве. Но неужели мы – не народ? Мы сопротивляемся украинской революции, но ни кто не пишет о направленном на нас насилии”.

У Чернова лицо заросло щетиной. За себя он не боится.

“Я уже старый, могу даже и помереть, но я не хочу, чтобы дети взялись за оружие. Я просто хочу сидеть дома и читать Пушкина”.


С http://www.hs.fi/ru/a1305794638868 .

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments